Вселенная Говарда Филлипса Лавкрафта под названием «Мифы Ктулху» продолжает жить и развиваться спустя многие годы после смерти автора. Одним из достойных последователей американского мастера космических ужасов является английский писатель Брайан Ламли. Он написал многие произведения именно в поджанре хоррора «Мифы Ктулху». И, проявив недюжинную фантазию, смог привнести новое в эти страшные миры. Так появился Йиб-Тстл, чудовищное существо из числа Древних.

Именно Брайан Ламли придумал Йиба-Тстла. Еще на заре своей карьеры, до тех пор, пока он не выработал собственный писательский стиль,  Б. Ламли явно подражал Г. Ф. Лавкрафту, активно используя литературные клише «Мифов Ктулху». Так появилась страшная книга «Хтаат Аквадинген». Английский писатель обратился к приему, который частенько использовал Говард Филлипс Лавкрафт и его товарищи — создание книжного симулякра в виде проклятых писаний. Данный вопрос затрагивается в статье «Некрономикон. Как проклятая книга стала литературным приемом «Мифов Ктулху».

«Хтаат Аквадинген» становится центральной книгой ранних рассказов и повестей Брайана Ламли. И именно в этом зловещем труде есть раздел, полностью посвященный Йиб-Тстлу. Называется он «Шестая Сатхлатта». В новелле «Ужас в Оукдине» автор приводит крупные выдержки из нее. Несомненно, Брайан Ламли написал отрывки из «Шестой Сатхлатты» персонально для данного произведения, опубликованного в 1977 году. Они пригодились для создания соответствующей атмосферы, усиления саспенса, большего погружения читателя в сюжет, реалистичности.

В рамках исследования о Йиб-Тстле, стоит процитировать выдержки из «Хтаат Аквадинген». В первой отрывке «Как призвать черноту» Брайан Ламли делает реверанс в сторону Г. Ф. Лавкрафта, упомянув его «Некрономикон» в тексте:

КАК ПРИЗВАТЬ ЧЕРНОТУ

Этот способ предполагает использование облатки, приготовленной из [муки?] и воды… с начертанными на ней исходными знаками Шестой Сатхлатты… даваемой жертве, в непосредственной близости от которой читается заклинание вызова («Некрономикон», стр. 224, под заголовком «Хой-Дхин»), Так можно вызвать не Йиб-Тстла, но Черную его кровь, наделенную свойством жить отдельно от Него. Является она из вселенной далекой и чуждой, известной лишь Йиб-Тстлу и Йог-Сототу, сопредельной со всеми пространствами и временами. Жертва считается принятой, когда Черная кровь покроет его, подобно мантии, и удушит. Затем сок Йиб-Тстла вернется вместе с душой жертвы в тело Хозяина, в его собственный континуум…

Кроме призыва крови одного из Древних, приводится способ увидеть его самого во сне:

КАК УВИДЕТЬ ЙИБ-ТСТЛА ВО СНЕ

…можно использовать Шестую Сатхлатту… дабы лицезреть во сне Облик Хозяина, Йиб-Тстла, вхожего во все времена и пространства. Следует, однако, заметишь, что Заклинанием нельзя злоупотреблять — оно должно произноситься лишь единожды пред грядущим сном, иначе же Смотрящий наделит То, что лицезрит, Видением Врат своего Разума; входя же в эти Врата и возвращаясь чрез них, Йиб-Тстл может выжечь Разум и Врата и все прочее своими перемещениями… ибо Боль велика, а Смерть неизбежна. Более того, во время подобных перемещений Деяния Его в этой Сфере будут никому не подвластны; Аппетит Хозяина был хорошо известен адептам прошлого…

И наконец, описание проведения вызова:

 КАК ВЫЗВАТЬ ЙИБ-ТСТЛА

Этот способ также предполагает использование Шестой Сатхлатты: ее должны трижды прочесть хором тринадцать адептов в полночь любого Первого Дня. Следует помнить, что Йиб-Тстл откликнется на призыв любых тринадцати взывающих, если хотя бы один из них является адептом. Но если по меньшей мере семь вызывающих не являются адептами и если до полуночи, когда будут вызывать Йиб-Тстла, они не запечатают предварительно души свои барьером Наах-Титха, они могут претерпеть ужасные превращения и понести кару.

Но без самого заклинания из «Шестой Сатхлатты» нам тоже не обойтись:

Гхе ‘пхнглуи, мгле ‘нгх, гхи ‘их Йиб-Тстл,
Фхтагн мглв и’тлетте нгх’вгах, Йиб-Тстл,
Тхе’пхнглуи мглв-нгх ахкобхг’шг, Йиб-Тстл,
ТХАБАЙТЕ! — ЙИБ-ТСТЛ, ЙИБ-ТСТЛ, ЙИБ-ТСТЛ!

Таким образом, произведение «Ужас в Оукдине» является одним из главных источником информации о страшном существе. В новелле, кроме цитируемых выше выдуманных отрывков проклятой книги, дается детальное внешнее описание Йиб-Тстла, его мира, а также описывается контакт Древнего с людьми.

Однако хронологически, это далеко не первое произведение, где фигурирует Йиб-Тстл. На заре своей карьеры, в 1967 году, Брайан Ламли по совету Августа Дерлета начинает писать в стилистике «Мифов Ктулху» и отправляет в легендарное издательство «Аркхем Хаус» с полдюжины рассказов. Среди них «Город-побратим», «Призывающий Тьму», «Цементные стены» и другие.

В данных ранних рассказах Брайана Ламли Йиб-Тстл появляется впервые. Иногда это краткие упоминания, как в рассказе «Цементные стены», где более важную роль из Древних занимает Шудд-Мелл (Shudde M’ell):

Мне рассказывали о жертвоприношениях Йог-Сототу и Йибб-Тстллу, от которых холодеет кровь, и о странных ритуалах, практиковавшихся под доисторическими небесами еще до возникновения Древнего Египта.

Внезапно впав в гипнотический транс, он начал бормотать что-то о Шудде-Мьелле и Ктулху, Йог-Сототе и Йибб-Тстлле.

А иногда более длинные. В рассказе о Титусе Кроу «Призывающий Тьму» Ийб-Тстл уже имеет значительную роль. Как и в позднем продолжении — новелле «Возвращение Черного»:

Мой ученый друг нашел в «Некрономиконе» ссылку, где упоминается Тьма. В ней говорилось следующее:
«…из пространства, которое не является пространством, в любой момент, когда произнесены Слова, обладающий Знанием может вызвать Тьму, кровь Йибб-Тстлла, которая живет отдельно от него и пожирает души, которая удушает и которую называют Тем, кто Топит. Лишь в воде можно избежать утопления, ибо то, что в воде, уже не тонет…»

Чем больше «Тьмы», зловещей крови Йибб-Тстлла, оседало на его теле, тем отчаяннее он пытался отряхиваться хорошо знакомыми мне движениями, постоянно что-то бормоча и пытаясь прорваться мимо моего шеста.

В данных произведениях фигурируют жрецы Йиб-Тстла, их конфликты и магические практики. Также можно вспомнить рассказ Б. Ламли «Поцелуй Бугг-Шаша», где Бугг-Шаш назван собратом Йиб-Тстла:

«Одно из самых темных созданий преисподней, чей след похож на след чудовищного слизня и которое происходит из самых отдаленных сфер. Собрат Йибб-Тстлла, Бугг-Шаш — тоже Душитель; его губы сосут и облизывают, и его поцелуй — липкий поцелуй чудовищной смерти. Он поднимает даже мертвых, подчиняя их себе, и охваченный ужасом, даже изъеденный червями труп спешит на его зов…»

«Дабы ни у одного чересчур опрометчивого или неопытного чародея не возникло искушения вызвать одного из Душителей — будь это Йибб-Тстлл или Бугг-Шаш — пусть послужат эти слова предупреждением против подобного легкомыслия. Ибо Душители — вероломные твари, и требуют самого аккуратного обращения и величайшего внимания. Йибб-Тстлла можно подчинить себе лишь с помощью сжигающего душу Барьера Наач-Тита, а Бугг-Шаша можно обуздать лишь в Пентаграмме Силы.

Эти рассказы стали базисом, фундаментом для дальнейшего раскрытия сущности Йиб-Тстла. И именно в произведении «Ужас в Оукдине», написанного несколько позднее, он окончательно утвердился в качестве одного из Древних.

В американских источниках Йиб-Тстла почему-то относят к Outer Gods, а не к Great Old Ones. Придерживаясь классификации, о которой я писал ранее в «Мифы Ктулху Г. Ф. Лавкрафта: описание Древних, звездных рас и отродья Древних», предпочтительнее отнести его к Древним, а именно к Old Ones без приставки «Великий», без Great.

Как отмечалось выше, именно в новелле «Ужас в Оукдине», дается довольно точное описание Ийб-Тстла, без которого данное исследование не будет полным. Б. Ламли превзошел сам себя в гротескно-эпатажной фантазии и создал странный образ для данного Древнего:

«…огромное, черное, с извивающимися грудями-щупальцами и анусом на лбу, существо с черной кровью, чей мозг насыщается собственными испражнениями…»

А во сне главный герой видит не только самого Йиб-Тстла, но и его мир, место обитания где-то в других измерениях:

Но тут его сморил сон, и он вновь увидел кошмарную картину…

Его взгляду предстали незнакомые травы и зловещего вида черно-белые цветы. Густые заросли экзотических папоротников тянули свои трепещущие, похожие на ветви листья к беззвездному зеленому небу, в котором летали фантастического вида птицы с пульсирующими, оплетенными венами крыльями. Рядом с адскими зарослями виднелась опушка, которая притягивала дух Спеллмана, как магнит. Он шагал в направлении поляны, и похожие на грибы кусты расступались перед ним в стороны. При его приближении с чашечек ядовитых на вид цветов срывались, зловеще жужжа, огромные насекомые. Мартин понял, что он чужой в этом чудовищном измерении сна. Более того, обитатели странного мира испытывали к нему ту же неприязнь, какую испытывал бы и Спеллман на их месте.

Вскоре он оказался возле прогалины, огромного пятна бледной и стерильной земли, по другую сторону которого вновь начинались заросли. В центре этого зловещего пространства стояло Существо. С разделявшего их расстояния оно казалось раза в три выше обычного человека. Приблизившись, он увидел, что Существо медленно поворачивается; правда, ноги его скрывал длиннополый зеленый плащ, который странным образом выпячивался, топорщился и колыхался, ниспадая складками до припорошенной пылью земли откуда-то сверху — оттуда, где находилась… голова? Подойдя еще ближе, Мартин почувствовал, что из горла вот-вот вырвется крик: исполинская фигура стала разворачиваться в его сторону, и он впервые разглядел ее лицо. Не продолжи она движения, случись так, что взгляд ее хоть на мгновение упал бы на нашего героя — Мартин Спеллман наверняка бы в ужасе завопил, но нет. Вопреки всему, существо продолжило свое, с виду бесцельное, вращение, и его объемистый плащ все так же колыхался и вздыбливался…

Когда же Мартин оказался совсем рядом с гигантом, всего в десятке шагов, то почувствовал, что больше не может идти. Существо продолжало отворачиваться от него, однако стоило Спеллману остановиться, как и движения гиганта словно бы обрели некую неуверенность.

А затем Существо замерло на месте.

На какой-то миг все застыло, лишь колыхались по-прежнему складки зеленого плаща. Затем, медленно и неумолимо, монструозная фигура начала разворачиваться к парализованному страхом юноше.

Вскоре она снова замерла, на сей раз обратив к Спеллману лицо. Мерзкий плащ заколыхался яростней обычного, а затем и вовсе распахнулся, и наш герой смог увидеть то, что скрывалось под его складками. От омерзительного зрелища Мартин безголосо вскрикнул. На отвисших, морщинистых черных грудях Древнего, облепив его со всех сторон, копошились, цепляясь за них, крылатые рептилии, лишенные лиц…

Вот, собственно, и все, что он увидел…

Брайан Ламли решил не жалеть главного героя произведения. Еще одна встреча со страшным существом из числа Древних стала для него роковой. Он теряет разум. Так санитар, работающий в психиатрической больнице, превращается в пациента этого заведения, а безумный жрец Йиб-Тстла, с подачи которого начались зловещие события, и силами которого состоялся призыв Древнего, погибает. Не смотря на столь трагичные результаты, ритуал призыва состоялся:

Он стоял на окраине облезлой поляны под темно-зеленым небом. За его спиной простирались зловещие заросли. Прямо перед ним, в самом центре поляны, возвышался Йиб-Тстл, как всегда неумолимо вращавшийся вокруг собственной оси. Спеллману хотелось развернуться и бежать от Существа в зеленом плаще. Он даже сделал попытку — приложив все мыслимые усилия воли, лишь бы воспротивиться жуткому притяжению, исходившему от чудовища, — сделал и почти добился своего… О, это проклятое «почти»! Медленно, мучительно медленно, чувствуя, что его спящий разум заперт в крошечном шарике сосредоточенности, Мартин Спеллман ощутил, как неведомая сила магнитом тянет его вперед. Вскоре он оказался напротив Древнего и понял, что тот разгневан.

В течение долгого времени, показавшегося ему едва ли не вечностью, он пытался сопротивляться, после чего Йиб-Тстл, которому это явно надоело, попробовал применить другую тактику. Хотя от центра поляны Мартина отделяло довольно приличное расстояние, он все же заметил, как Существо замерло на месте. В следующее мгновение исполинский монстр распахнул полы плаща, и взгляду юноши открылся адский зверинец.

За раз Спеллман мог справиться лишь с одним уродцем, а Йиб-Тстл явно не собирался отпускать его из царства грез в реальный мир. Даже осознавая, что спит, Спеллман оставался во власти этого сна. Он беззвучно кричал, нанося удары безликим крылатым тварям, стремительно налетавшим на него и явно желавшим сбить его с ног. Наконец им это удалось, и он упал, закрывая руками голову. Когда крылатые уродцы оставили его в покое, он осмелился посмотреть вверх и понял, что находится у ног исполинского чудовища в зеленом плаще.

И вновь эти ужасные красные глаза… вместо того, чтобы оставаться на месте, они быстро перемещались — независимо друг от друга, скользя поверх смазки из мерзкой, тягучей слизи, по красной, липкой голове Йиб-Тстла.

Неожиданно Спеллман понял, что не один здесь. Рядом с ним лежали и другие люди — двенадцать человек, — и даже во сне тела и лица некоторых из них были словно перекорежены. Некоторые пускали слюни, а в глазах их застыло странное выражение, не позволявшее усомниться в состоянии их разума.

Ларнер и остальные обитатели Преисподней — полный состав для проведения шабаша — почтительно собрались у ног бога сумасшедших, омерзительного Йиб-Тстла.

Не поднимаясь с колен, Спеллман в омерзении отвернулся. Взгляд его тотчас упал на книгу, лежавшую перед ним на гнилостной земле. Это была принадлежавшая Ларнеру копия «Хтаат Аквадинген», открытая на Шестой Сатхлатте!

— О нет! — беззвучно вскричал Спеллман, пронзенный внезапным пониманием. За что? Где тот предел, до которого Существу позволено ступать по земле?

Ларнер сел рядом с ним.

— Ты знаешь это сердцем, санитар Спеллман! Знаешь!

— Но я!..

— Времени нет, — оборвал его обитатель Преисподней. — Полночь близка! Ты станешь вызывать его вместе с нами?

— Нет, не стану, черт тебя возьми! — мысленно закричал Мартин.

— НЕТ, СТАНЕШЬ! — пророкотал в его голове чужой громовой голос. — ПРЯМО СЕЙЧАС!

С этими словами Йиб-Тстл вытащил из-под плаща нечто черно-зеленое — по всей видимости, руку с растопыренными пальцами — и вогнал эту жуткую пятерню в рот, уши и ноздри Спеллману, прямо в его мозг; вогнал и сжал со всей силой…

После таких манипуляций в иных мирах, где все происходило как в страшном сне, мозг главного героя уже не был прежним. Йиб-Тстл сурово поступил с призвавшими его людьми, т.к. среди них был всего один жрец, когда для успешности ритуала необходимо как минимум семь служителей культа.

Таким образом, Йиб-Тстл занимает достойное место среди порождений фантазии писателей в стилистике «Мифы Ктулху». Этому способствует известность Брайна Ламли, как достойного певца космических ужасов, и которого называют одним из лучших продолжателей дела Г. Ф. Лавкрафта.

В 2010 году Ламли, который родился спустя 9 месяцев после смерти Лавкрафта, получил всемирную премию фэнтези в номинации «За заслуги перед жанром». Так английский писатель символично встретился со своим американским коллегой, ведь до 2017 года статуэтка премии выполнялась в виде бюста Г. Ф. Лавкрафта.

Данное исследование, посвященное Йиб-Тстлу, публикуется в рамках новой энциклопедии Древних, отродья Древних и звездных рас «Мифов Ктулху» в разделе «Бестиарий».

 

 

Реклама